Избранная раса - часть первая

Я шел по пустому холодному парку. Было темно. Снег неприятно искрился под светом фонарей. Стало страшно, и я прибавил ходу. Внезапно послышался тихий стон. В беседке напротив я разглядел неясные силуэты. Когда подошел ближе, удалось увидеть девушку и жутковатого мужчину. Несчастная старалась освободиться, но злодей явно был сильнее. Из туч вынырнула луна, и я рассмотрел девушку: взгляд полный ужаса, растрепанные светлые волосы, мокрые дорожки на бледных щеках. Вдруг показалась, что мне нужно помочь ей. Я бросился к беседке, по дороге вытаскивая из потайного кармана кожаной куртки нож.
Когда я был уже рядом и замахнулся на насильника, она сильно ударила меня ногой по колену. Я упал на холодный снег от боли и неожиданности.
– Идиот!!! – с чувством произнесла блондинка.
В тусклом свете луны можно было хорошо ее разглядеть: желто-синюшную кожу, соломенные волосы и яркие стеклянные глаза. Насильник же оказался невысоким брюнетом.
– Так вы что, не того?.. – только и смог произнести я.
– И не этого, ха-ха-ха... спаситель...
Нож лежал недалеко от меня.
– Я просто хотел помочь... – Можно сказать, поддался порыву сиюминутной неосторожности.
– Благими намерениями дорога в ад вымощена, – мне показалось или у нее чересчур длинные передние зубы?
– Парень действительно просто помочь решил, – вмешался брюнет. Я, наконец, вгляделся в его мертвенно-бледное лицо.
– А мне наплевать на его намерения, кайф он нам уже сломал! – возмутилась она.
– Ну, как сказать, – усмехнулся «насильник».
Женщина внезапно обратилась в юношу со смазливым, но очень красивым личиком. Дурацкие голограммы! Понаделали бирюлек... аля «Звездные войны возвращаются». Купил браслетик, закачал шаблоны и маскируйся хоть под президента Америки.
– Это у нас игра была такая садомазохистская, – разъяснил новоявленный парень. – Но, как говорят врачи: лучший насильник – это жертва насилия...
«Слава богу, меня такие не лечили!» – за себя «порадовался» я. Надо же уметь находить нечто хорошее в любой ситуации.
– Ребят, ну извиняйте, ошибся же не со... – не успел договорить я.
Жгучий брюнет схватил меня за руки и поднял с заснеженной земли... Юноша (кстати, то же со смоляными волосами) наклонился ко мне, я ощутил, как нечеловеческие зубы проткнули нежную кожу шеи. Леденящий ужас наполнил тело слабостью. Тут же вспомнился любимый фильм – «Интервью с вампиром». Эпизод, в котором главный герой со скукой в вампирьем голосе рассказывал о необходимости трехразового ночного питания... Меня внезапно отпустили, попытался бежать, но ватные ноги подкосились, и я распластался на холодном снегу.
– Парни, за что? – жалобно простонал я.
– За то, что в нужное время оказался в нужном месте, – утешил брюнет.
– А теперь преступим к ритуальному вхождению, – торжественно произнес юноша.
– Куда вхождению? – сразу не сообразил я.
– В тебя, дурень, ха-ха, расслабься... девочка...
– Парни, вы чего?! У меня СПИД, гепатит В, С, сифилис, триппер и...
– А мы тут все такие, - уничтожающе улыбнулся вампир.
Я увидел, как эти чудовищные существа приближались ко мне, попытался ползти, но, увы, сознание покинуло...
В себя пришел уже на родном диване, на компьютерном столе привычно горела лампа – иногда страшно по ночам становится без света. «Ужасный сон», – с радостью подумал я, но вдруг сообразил, что не могу вспомнить, как попал домой. Из ванной послышался странно знакомый голос, я вспомнил, ведь меня должна была ждать невеста. А голос мужской! На шее нащупал след укуса. Дверь ванной неприятно скрипнула, и я увидел того самого юношу!.. Он грациозно шел по коридору.
– Я теперь такой же?..
– Н-да, такой же красивый и сексуально неудовлетворенный...
– Это я и так знаю. (Луиза – моя невеста – средневековых правил, считает, что все связи до свадьбы порочны) Я вампир?
– Нет, от моего поцелуя даже беременности не бывает, – это чудовище очень быстро приближалось ко мне.
– Классно целуешься... здесь была девушка, что ты с ней сделал и как ты нашел мой дом?
– В паспорте адресок посмотрел, ей повезло, ее тут не было. Может, хватит расспросов? – он присел на краешек дивана.
– А что вы со мной сделали?
– Изнасиловали, – спокойно ответил кровопийца.
– Я не помню...
– Это мозг вытесняет травмирующую информацию в подсознание.
– Куда вытесняет? А где твой друг?
– В Караганде... мне тут пару деньков нужно будет в городе перекантоваться, приютишь у себя?
– Чего?! Тебя у себя, по доброй воле?! Меня Луиза со свету сживет, ты ж бледный, как мертвец, и красивый.
Молодой человек и правда был очень симпатичным...
– Ну, я вас раньше со свету могу сжить!.. – он улыбнулся. – Давай знакомиться: Кира.
– Игорь, Кира в смысле Кирилл?
– Кира в смысле Кир... И часто ты девиц выручаешь?
– Ты первый, а тебя в гробу надо хранить?
– Я те что, соление на зиму, чтобы меня хранить, телевизор меньше смотри, твоя постель вполне подойдет. Конечно, если ты не заинтересован в счастье Луизы, сойдет и пол.
– Ок, я могу пару дней на полу поспать, раз ты без удобств не живешь... – понаедут же всякие!
– А вот это лишнее... – он провел острыми синюшными когтями по моей руке.
– Э-э-э, ты как знаешь, я с мертвяками не того... Некрофилия, она до добра не доводит!
Меня опять обдало чарующим ужасом, мы слились в долгом поцелуе.
– У тебя слюна холодная.
– Это, конечно, существенный недостаток, но единственный... – согласился вампир.

За окном медленно падал снег. Я проснулся от жуткого холода. Мой новый знакомый спал рядом, прислонившись ко мне.
Брр, вот так и проходит жизнь, то холодная в смысле темперамента живая женщина, то холодный в смысле теплоты тела, но явно без проблем с темпераментом Дракула. Я так его определил потому, что вся моя красивая шея и руки были в засосах и укусах.
– И что я теперь своей невесте скажу? Что меня атаковала банда комаров-убийц? – недовольно спросил я.
Ответа не последовало.
– Кир, ты спишь? – он по-прежнему молчал.
Тогда я потрогал пульс. Холодная рука и никакого тебе пульса...
– Кир, ты жив?!
– Вполне, чего на ухо орешь? – на меня недовольно посмотрел желтый глаз, второй еще дремал.
– Прости... у тебя пульса нет...
– Удивил, есть, но тебе его не почувствовать, у меня специальная мазь с собой – отлично раны заживляет, не узнает ничего твоя Луиза.
Мы опробовали мазь, и действительно – все, как рукой сняло.
Я встал, спокойно начал одеваться. Кир тоже встал. Меня озноб пробил, когда я присмотрелся к нему: мертвенно бледная кожа, женственная фигура, злые желтые глаза – он походил на героя фильма ужасов...
– Гм, ты чем питаешься?..
– Кровью невинных, – замогильным голосом произнес вампир.
– Ну, насчет моей невинности ты еще вчера убедился, к соседям тоже можно не соваться, они вампиры не хуже тебя... Ты серьезно?..
– Да. Того, что я вчера из тебя высосал, мне на неделю хватит... замедленный обмен веществ.
– Ой мама, а я как дурак два раза в день жрякаю. И все остальное, прошу прощения, тоже частенько бывает.
– У тебя много энергии на обогрев идет.
За завтраком мне кусок в горло не лез:
– Ну а секс, тут энергия нужна о-го-го как, я не заметил, чтобы ты ее экономил?
– Смотри не подавись, кто меня греть будет?! Я ее у тебя взял.
– А ты меня так в ящик для солений не сгонишь? - вспомнил я вчерашний разговор.
– Нет, просто питайся хорошо, можешь считать это борьбой с жировыми отложениями.
Я поспешно дожевал бутерброд.
– Кир, мне на работу надо бежать, ты только трубку не снимай, в шесть приду.
– Иди, иди, Игорь.
– А вы меня правда вчера изнасиловали?
– Иди уже, вот нам занять себя было больше нечем.

В дверях офиса меня встретила злющая Луиза:
– Ты где вчера шлялся, я тебя весь вечер ждала?!
Мы вместе работали на фирме ее отца. Круг своих обязанностей я так не узнал, но за подработку будущим мужем доплачивали прилично.
– Извини, дорогая, когда через парк шел, бандиты напали, помню, что деньги пропали, что голова болела и холодно на снегу, было страшно... А дома уже никого...
– Врешь ты все, миленький, бандиты в такую погоду спят. А я как последняя идиотка домой по морозу шла! Там такая метель была! – стенала она.
Мне стало обидно, я, конечно, неплохо провел вечерок и без нее... но мало ли что. Киру, например, могло переклинить, и он загрыз бы меня насмерть.
– Ты ведь к Оксане ходил???
– Нет, только в том случае, если это она пошла по кривой дорожке, и грабит мирных прохожих.

Я злой пошел работать. День в сплошной беготне пролетел незаметно. Специалист по антикризисной политике, оказывается, неплохо заменял рабочего-подсобника. Кризис миновал!
Вечером меня дома встретил новый друг.
– Как дела? – спокойно поинтересовался он.
– Охота Луизу прикончить, а так – средней паршивости.
– Так за чем дело стало?
– Это уголовное преступление... представляешь, она думает, что я вчера по бабам ходил.
Я снял кожаную куртку, поставил ботинки на тряпочку. Отряхнул шапку от снега.
– Ну и черт с ней, ты ведь прав.
Я ощутил приятный мясной запах. Оказывается, мой мертвец соорудил восхитительный ужин.
– Ой! Это мне? – обрадовался я.
– Тебе, тебе, сладенький, я трахаться люблю.
Я чмокнул его в холодную щеку.
– Кушай, не торопись, я пока ванну приму.
Приятно после нудного рабочего дня насладиться горячим ужином. Помнится, как-то попросил Луизу сделать для меня хоть какую-нибудь еду... мы поругались, и начали посещать Макдональдс.
Мне захотелось его поторопить, а заодно узнать, чем вампиры занимаются в ванной комнате. Я вошел без стука... Кир лежал в ванне, заполненной до краев кровью. Вместо крика у меня получился невнятный хрип.
– ...соседей больше нет?! Ты меня не ими случайно накормил?
– Нет, дорогой, это была корова. А кровь... Ну, тебя не должно волновать ее происхождение, обещаю, проблем не будет. Чего ты глаза закатил к потолку? Выйди на балкон, подыши воздухом!
Я пошел дышать... Дверь плечом чуть не снес по дороге.
Мертвец заглянул ко мне минут через пять.
– Полегчало?
– Почти, это сколько надо было людей прикончить! Сотню? Больше?!
– Достаточно, забудь об этом.
– …
– Ну, хорошо, хорошо! Это всего-навсего высококачественный заводской концентрат, я только порошочек водой разбавил... Можешь в мусоре пакет поискать.
Кир взял меня на руки, донес до пожизненно разложенного дивана. Сначала вампир принялся нежно целовать меня в шею, потом покусывать. Вдруг стало страшно:
– Кира, ты не загрызешь меня, как тех?
– Их не грызли, а резали и выжимали. Особым способом. Нет, конечно, – он, наконец, прокусил кожу. Снова появилось ощущение безумного счастья.
– ...а хоть и насмерть, – озвучил я свои мысли, в тот момент, когда тело стало содрогаться от болезненных укусов (я и сам потихоньку овампиривался – тоже грыз Киру). – Лучше умереть под классным вампиром, чем до старости лет трахать фригидную бабу.

Пробуждение опять было не из лучших, от друга исходил жуткий холод. Попытался припомнить, что вчера было: ужин, ванна с кровью, потом секс... Ведь у нас был неплохой секс. Я еще с прошлого раза запомнил, как с ним хорошо. Но как именно не помню, хоть убей!
– Ты чего так озаботился, Игорек? – вампир приоткрыл желтый глаз.
– Что мы вчера делали, перед тем как спать? Я практически ничего не помню...
– Любовью занимались.
Я посмотрел на искусанные руки, грудь... – действительно, занимались.
– Можешь подробнее?..
– Ну, сначала ты испугался, что я тебя съем, потом в процессе пересмотрел взгляды на жизнь, может тебе лучше сменить эту женщину, на менее фригидный вариант? – лукаво спросил Кир.
– Тогда меня уволят с работы. Порочный круг, понимаешь? По правде сказать – сил ни на что нет. Порой себя такой мразью чувствую... гм... если бы не ты... Эх, лучше продолжай.
– Дальше, как в прошлый раз, короче все виды секса, кроме вагинального...
– Вот отсюда я ничего не помню, какой-то вакуум в голове...
– Такое бывает, у меня в слюне особые вещества, что-то наподобие парализующего яда ... организм слабенький, сознание выключается. Мой тебе совет: займись спортом и кушай побольше.
– Ладно, – согласился я, натягивая брюки. Рассказывать про «морозные рассветы» пока не хотелось.
За завтраком старательно пил кефир, заедал печеньем. Тяжело снова привыкать нормально питаться, я давно наплевал на все эти условности трехразового переедания...
– Не забудь раны обработать, а то потом будешь рассказывать сослуживцам страшную историю о том, как у тебя дома фумигатор сломался.
– Н-да... Комары посреди зимы, круто! Можно подумать, от тебя фумигатор спасет, спасибо, что напомнил... я уже забыл про них... не болят ведь.
– Существуют защитные механизмы, которые предохраняют человека от вампира...
– Какие, интересно? Ну ладно, мне от тебя защищаться без надобности, пора бежать – уже опоздал.
Я кое-как нанес мазь, оделся.
– Закрой за мной, Кир.
– Успехов в труде.
– Какие к чертям успехи, целуй меня, красивый! – прокричал я (бедные соседи). – Э–э-э, в губы, не надо кусать, я ж только что намазался...
Он все-таки цапнул, но под водолазкой все равно не видно. И я довольный, как никогда в «прошлой жизни», пошел на свою «рабскую плантацию». Получается, мертвец на третий день знакомства может стать роднее и ближе, чем девушка на второй год утомительных свиданий.
На работе меня встретила Луиза, она ничего не сказала, просто укоризненно посмотрела коровьим взглядом, глаза у нее большие коричневые с густым слоем накладных ресниц и злые совсем не по-коровьи.
– Доброе утро, Изи... – так я коверкал ее дурацкое имя.
Она гордо промолчала. Из темного кабинетного закоулка вынырнул болезненный силуэт:
– Игорь, тебя начальник на ковер зовет, – обрадовал меня друг по несчастью. – Мне там только вот зарплату подстригли.
– Спасибо, Фим, и без тебя «хороших новостей» навалом.
Он виновато пожал плечами. Тихий, всеми забитый Фимка... его держали только за исполнительность. Угрюмый юноша 24 лет никому не отказывал, нужно подменить – Фимка, в ночную смену сходить тоже Фимка, в праздники без надбавки – конечно же Фимка. Такому могли урезать зарплату только из экономии. Нынче рабов не ценят!..
Я направился в недоремонтированный кабинет шефа.
– Федор Семенович, вызывали?
– Присядь, Игорек...
Начальник удобно расположился в кожаном кресле. Нашу фирму от краха спасло только давнее тесное сотрудничество с Америкой, по этому поводу на рабочем столе красовался миниатюрный юсовский флаг. Я так и не понял, то ли это символ безграничной преданности новому хозяину, то ли шеф просто боится забыть, в какой стране живем.
– Садись, садись, мое время дорого.
Я приземлился на потрескавшуюся низенькую табуретку, новую мебель распаковывать не спешат, кругом тюки, коробки, закрытые полиэтиленом стулья.
– Ты как посмел Луизоньку обидеть, подлец? – спокойно сказал он, только морщины на лбу стали резче.
– Разрешите личные проблемы решать самому?
– Как ты мог с какой-то Оксаной заморенной шашни водить, когда у тебя моя дочка красавица есть, отвечай, подлец?! – прикрикнул босс.
– Да пошли вы со своей Луизой в баню, папа! – не выдержал я, – меня избили, ограбили, понимаете, вам результаты суд-мед экспертизы показать?! Чудом девственности не лишился! Я эту Оксану знать не знаю, в глаза не видел! ( Хотя в одном отделе вот уже год работаем) Увольнительную написать?
Я со злости долбанул по столу кулаком.
– Иди работай, еще раз узнаю, пристрелю. А Луизе так и скажи, как мне сейчас говорил, чтоб знала, что ты – мужик.
О да, а то бедняга считает себя закоренелой лесбиянкой. Действительно, надо ее озадачить.
Я молча ушел. У входа стояла большая коробка... не раздумывая, саданул ее.
– Что ты делаешь, придурок?! Там же аппаратура!
– Катись к дьяволу, если узнают, что это я, ты не жилец! – пришлось напугать еще одного безликого сотрудника из соседнего отдела.
– Хорошо... – взволнованно ответил он. Хорошо? Чего хорошо, когда ничего хорошего!
Луиза окинула меня взглядом олимпийской победительницы:
– Ну, дал папа тебе чертей?
– Да, дал, сказал, я уволен... Сказал, что Оксана дура, что ты лучше, что я подлец, что ты найдешь себя парня, а не рохлю.
Она растянула жирно-накрашенные губы в довольной усмешке, но тут же погрустнела:
– Почему уволен? Это наше с тобой личное дело, я сейчас же пойду и объяснюсь с ним!
– Шучу... – и я отправился таскать бесконечные коробки с этажа на этаж.
Ровно в шесть вспомнил про спорт – надо же записаться на какую-нибудь секцию. В соседнем здании как раз был оздоровительный центр, я решил посещать занятия карате – и для здоровья полезно, и для общего развития.
Когда снова шел домой через безлюдный парк, снег давно утоптали, ярко светила луна. Внезапно кто-то сказал: «Постой». Я обернулся, это был мужчина с черными, как тушь моей Луизы, волосами, тот самый приятель Киры.
– Стою, – с грустью отозвался я.
– Не бойся, я просто хочу поговорить, – он достал из кармана пальто пачку сигарет. – Будешь?
– Спасибо, не курю.
– Это не простые сигареты, они отпугивают вампиров, две затяжки и твоя кровь не пригодна... возьми - еще понадобятся!
– Спасибо за заботу, я пойду? – я видел, как у него тряслись руки, когда он протягивал мне пачку. Вампир в гастрономическом смысле слова пожирал меня глазами...
– Я хочу предложить сделку, Кира не долго будет играть с тобой, ты скоро ему надоешь... и тогда он выпьет всю твою кровь, уходи от него, и я позабочусь о тебе...благодаря твоему знатному происхождению мы завладеем миром! Кури, иначе я могу не сдержаться...
– В этом нет необходимости, спасибо за предложение, но моя смерть – наши с Кирой личные переживания, а насчет знатного происхождение: мой папа был трактористом на хуторе Веселом, мама ветеринаром... не злоупотребляйте несвежей кровью. И вообще-то меня ждут, можно мне домой?
– Да, подумай хорошенько... – странное существо растворилось в морозном воздухе.
Я обескураженный побрел восвояси, зажав пачку в руке.

Кир поприветствовал меня словами: «Что так поздно?».
– Ты не поверишь! Сначала меня запугивал начальник. Потом по дороге встретил твой друг, дал какие-то сигареты, якобы от вампиров и рассказал страшную историю о моей скорой кончине.
– А ты? – мертвец лежал на диване.
– Послал его на хутор Веселый.
– Сигареты взял?
– Взял...
– Не выбрасывай, правда толку от них мало, если тебя нельзя съесть, то это не значит, что тебя нельзя просто убить.
Я лег рядом.
– Он предрекал Апокалипсис? – вампир подвинулся ко мне вплотную.
– Вроде того, говорил, что ты сожрешь скоро...
– Веришь ему?
– Не знаю, такой вариант развития событий тоже возможен...
– Ты потрясающий человек! Меня бы уже разъедали сомнения.
– У меня выбор небольшой: либо Луиза, либо начальник, либо соседи. Ну а ты – самая приятная кандидатура, – я вымученно улыбнулся.
– Предлагаю сегодня сходить в клуб, заодно о начальстве думать перестанешь.
– Давай, согласился я, там пиццу с помидорами готовят?
– Ага, но не с помидорами, а с выжимкой из человеческих тел, – замогильный голосом сообщил Кира.
– Фи, какая гадость, ну пойдем.

Клуб, в который мы пришли, больше напоминал бомбоубежище. Маленькая, еле заметная бронированная дверь без всяких надписей, по словам Киры, вела в очень уютное местечко.
Проход нам преградил тощий субъект в сером плаще с капюшоном:
– Добро пожаловать, господа, приятного вечера, – с этими словами «дворецкий-охранник» распахнул маленькую дверь. Мы вошли в просторное помещение, было темно, правда, кое-где горели большущие лампы. Пахло чем-то сладковатым. Кира выбрал столик возле стены, мы сели. Я заметил, что несколько неприятных субъектов отвлеклись от своих дел, уставились на меня.
– Прикидывают, каков я на вкус? – испуганно спросил я друга.
– Не обращай внимания, здесь по началу все нервные и голодные, инстинктивно ищут, что бы сожрать.
– Очень утешительно.
Внезапно откуда-то сверху раздался страстный шепот: «Представление начнется в 11.30, убедительно просим нежелающих смотреть покинуть помещение до этого времени...»
К нам подошел официант в коричневом кожаном плаще:
– Чего изволите, господа? – он вежливо оскалился.
«Улыбается, значит, радушие выказывает», – догадался я.
– Стакан свежей крови, пожалуйста.
– Простите, только что кончилась, но мы обязательно к вам кого-нибудь пришлем. А вам, юноша? – вампир-официант стыдливо опустил глаза.
– Не пойму, я здесь самый вкусный? – не выдержал я, – пиццу с курицей и томатный сок, не тот, который закончился.
– Простите, будет исполнено, – он растворился в темноте.
– А почему без меню? – поинтересовался я.
– Слишком разные посетители бывают. Здесь вообще-то практически всегда все есть, постарайся покончить с ужином до 11.30.
– Ладно. За полчаса, думаю, управлюсь.
Из насыщенного сладковатыми запахами воздуха вынырнул еще один официант, он робко подошел к нам. Кира без особых церемоний взял его за руку, поднес к губам как будто для поцелуя, но, разумеется, совсем не за этим. Тоненькая струйка крови пролилась на белый рукав рубашки испуганного мужчины.
– Что-нибудь еще, – спросил он, когда мой вампир откушал.
– Минеральную воду.
Официант медленно пошел прочь.
– Странное тут заведение: вампиры-официанты, люди-официанты... просто интернационал какой-то! – удивился я.
– Если бы. Людей держат из необходимости, обычно, чтобы дурачить других людей...
Тот же вампир принес мой заказ.
– Приятного вечера, господа, – пожелал он, предлагая нам оплатить счет, – прошу вас, только наличными, здесь все еще Россия...
Кира вытащил из кармана брюк несколько зеленых бумажек, протянул официанту.
– Благодарю.

Я спокойно дожевывал последний кусок, когда страстный шепот из динамика возвестил: «11.29, представление начинается...»
Я посмотрел на входную дверь, ее загородили два высоченных охранника.
На небольшую сцену подали голубоватый блуждающий свет. Удалось разглядеть белесое покрывало на чем-то очень большом. Появился странноватый тип в черном плаще, скинул покрывало... и я ужаснулся увиденному:
к самодельному кресту был прибит за руки и за ноги в позе библейского Иисуса Христа измученный человек. Несчастный испуганно посмотрел на публику в зале.
– Преступим же! – возвестил вампир в черном.
Из-за кулис вышло еще двое таких же в плащах с небольшими ножичками, они вскрыли человеку вены на руках, пока первый высасывал кровь из шеи.
Я уткнулся Кире в плечо, не в силах больше смотреть на это, из динамика раздалась жуткая музыка.
– Картина под названием: «На его месте может быть каждый», – не поднимая головы, прокомментировал я.
– А ты представляй себя в роли палачей, полегчает, – сострадательно посоветовал друг.
Я осмелился посмотреть, только когда все уже закончилось, растерзанное тело валялось на сцене.
– Сейчас будет небольшой переполох, а потом дискотека, ты в порядке?
Ответить я не успел, к нам подошел очередной вампир в темном плаще. Он протянул Кире руку в знак приветствия. Я сделал вид, что увлекся минералкой.
– Ну как вам мое представление?
– Восхитительно! – похвалил Кир.
– А вам, молодой человек?
– Простите, все пропустил, пока под столом прятался...
– Так я и думал, что ж, приятного вечера!
– ... куда это они все? – суматоха у входа была страшная...
– Жить хотят, – весело ответил Кира.
– Наивные... – с грустью заметил я, когда шоумен ушел. – Здесь хоть заранее предупреждают.
Когда желающих срочно попасть на воздух успокоили, трагическая музыка сменилась дискотечным «бамц-бамц».
– Потанцуем? – спросил вампир.
– Еще чего, я, во-первых, не умею, во-вторых, с этими зубастыми...
– Ага, не умеешь. Пойдем, я тоже зубастый, никто тебя не тронет!
Мы пошли, в общем скопе оказалось очень даже весело. Я разошелся до того, что специально со всей дури наступил какому-то субъекту на ногу. Он поднял на меня фосфорические глаза.
– Пардон, – извинился Кир.
Оттанцевали к стене.
– Что, с вампирами решил пококетничать?
– Н-нет... – без особой уверенности ответил я. Скорее хотелось с ними повздорить.
Он наклонился ко мне, острые зубы вонзились в нежную шейку. Чтобы быть устойчивей, пришлось опереться на стену. Когда Кира оторвался от процесса, я слизал с его холодных губ собственную кровь. Потом мы целовались. Неожиданно нашу идиллию разрушил мужчина на вид лет тридцати.
– Развлекаетесь, вампирчики? – с улыбкой-оскалом на приятном лице спросил он.
– Угум, здравствуй, Эдик, – поприветствовал его мой вурдалак.
– Познакомишь с другом? Может, выпьем заодно чего-нибудь или кого-нибудь?
– Это тонкий намек?! – недовольно спросил я.
– Видишь ли, Игорь – человек, так что можем попить концентрата.
– Ок, совсем не типичное для человека поведение, я тут любовался вами...
Втроем мы вернулись за свой столик. К нам тут же подошел официант:
– Чего изволите, господа?
– Мне мартини...
– А нам два стакана концентрата.
– Что это еще за концентрат? – полюбопытствовал я.
– Аналог крови, полностью ее заменяет.
– Так значит вся эта жуть, – я бросил взгляд на растерзанного во время шоу человека (его и не подумали убрать), – для развлечения, эстетическое удовольствие приносит?!
– Не горячись, ты тоже мясо любишь кушать, а не белок в готовом виде. – Кира провел очень лестную параллель.
Нам принесли два стакана красноватой жидкости и целую бутылку Мартини.
– Ой, это все мне, счаз с горя нажрусь, буянить буду, – решил я пошутить.
– Э-э-э, я тебя домой не потащу, ты и так буйный...
– А вы еще и вместе живете, странновато! – почему-то удивился Эдик.
Мы непринужденно обсуждали литературу, я открыл для себя, что Эдик Левшин - известный писатель. Вдруг меня начали раздражать разговоры за соседним столиком.
«Отпустите, товарищ вампир, у меня жена, ребенок, мне надо семью кормить!» – заунывно причитал мужик жалостливым и до боли знакомым голосом.
– Можно потише, вы моему другу аппетит портите, – обратился я к нему.
Вампир, для которого бедняга пел серенаду, только усмехнулся. А от моих кощунственных слов мужик разошелся еще больше.
«И зачем вам меня, сиротинушку, жизни лишать?!» – в сердцах спросил он – «Зачем вам становиться виновником страданий всего моего семейства?..»
– Ему что, доставляет удовольствие это слушать?! – спросил я у Киры.
– Похоже на то... уймись.
– Еще чего, нравится – сейчас будет ему хор имени Пятницкого. И за что меня несправедливая судьба каждое божье утро, – затянул я, - в 9.00 посылает на эту проклятую работу. Где меня несчастного злодей начальник заставляет таскать эти чертовы коробки, с этажа на этаж уже четыре недели подряд, и его гадкая дочка, стерва немирущая, мотает мне нервы! А зарплату задерживают уже второй месяц... у-у-у... а коробки заразы тяжелые, а в проклятом здании девять этажей...
– И лифт вот уже 3 недели как поломался и не чинят ублюдки, – продолжил удивительно правдиво мужик, – всему нашему шестому отделу сегодня зарплату урезали аж в 2 раза, тебе-то грех стенать, Игорек, ты начальникову дочку трахаешь, тебе за это надбавка. Что, не узнал Гришку Сидорова из шестого отдела?! Я б за такую кикимору молоко за вредность выдавал... Меня жена за эту зарплату и без того глумит, дочке-заразе на мини-юбки не хватает...
– Да не трахал я ее!.. – вклинился я на своей волне.
– Тихо-тихо, а то мы сейчас выясним, кто тут кого трахал, а кого только собирается... – попытался утихомирить нас Кир.
– Вашего начальника случайно не Федором Семеновичем Копченым кличут, дочку не Луизой? – вдруг спросил вампир, которому Гришка посвящал завывания.
– Да, а откуда вы знаете? – моему удивлению не было конца.
– Будем знакомы, Альберт. И что, правда, у вас такие безобразия там творятся?
– Ага... тот самый Альберт, глава семи американских и четырех наших комплексов?..
– Он самый.
Гриша сидел с открытым ртом.
– А я думаю, почему это от вашей канторы одни убытки?! Вы, молодые люди, по профессии кто? Грузчики?
– Я этот... экономист, во! Гришка – наладчик оборудования... Не обращайте на него внимания, он впервые столь высокое начальство вживую видит.
Мы сдвинули столики. Сидоров разом ухомякал мой бутыль.
– Завтра будет вам ревизия с починкой лифта, восстановлением зарплаты, может, профессиональных грузчиков наконец-то наймут.
Гриша очнулся:
– Вы извините, что я так вам грубить стал, я не сознательно... Альберт... э-э-э, как вас по отчеству?
– Просто Альберт, прощаю, я вас запомнил только потому, что слишком долго переезжаете на новое место... – он интеллигентно укусил Григория за руку, перепачканные в крови губы аккуратно вытер салфеткой. – Нет, так нельзя, начальство всегда пьет кровь, это норма, но чтоб еще и нервы мотало!..
Гришка снова завел старую песню. Красивый, статный блондин с печальными серыми глазами, он очень тяжело переживал всякую несправедливость, а их в жизни было ой как много. Как до сих пор не спился?..
– Не пойду сегодня домой, в канаве замерзну, но к этой стерве-кровопийце не вернусь.
– А тебя туда сегодня никто и не пустит... – очаровательно оскалился начальник.
– Кир, тут туалет есть? – шепнул я на ушко другу, – проводишь?
Мы попрощались со всеми, и пошли в сортир. В полутемной комнатке валялись человеческие тела. Я разглядел еще живую женщину, она пыталась ползти.
– Господи!.. – только и смог произнести я.
– Давай быстрее, пока сюда новых не затащили.
Когда выходили из ужасного клуба, странноватый тип в кожаном плаще схватил меня за руку. Кира моментально отреагировал: тут же засветил злодею в челюсть... Таким образом мы практически без потерь покинули помещение. Краем глаза я видел, как «насильника» скрутила охрана.
– Ух, живы, чего это он прицепился? – спросил я, когда мы уже были на полпути к дому.
– Угадай с трех раз... кушать хотел, наверное.
– А у него руки теплые.
– Ну, вампиры разные бывают, как люди. Те, которые теплые, меньше живут.
– Зато с ними спать не так холодно, – проболтался я.
– Погоди до лета, если доживем, оценишь преимущества...
Я мечтательно улыбнулся, лето ведь еще нескоро...
Домой пришли в 3.30. Зазвонил телефон, я торопливо взял трубку со старенького домашнего аппарата.
– Алле...
– Привет, Игорь.
– Чё, сдурел так поздно звонить?! – это был Михаил.
– А ты все равно только что пришел, – хитреньким голосом сообщил Миха.
– С чего ты взял?
– Я в час звонил, в два звонил, в три звонил... вот только сейчас дозвонился.
– Ладно, чего хотел?
– У меня праздник, угадай какой?! Бери свою крысу, и приходите.
– Ой, с юбилеем, Мих, приду обязательно после работы, только с другом, мы с Изи в ссоре.
– С интимным другом?! Ну, до завтра, то есть уже до сегодня, жду...– и Михаил повесил трубку.

– Это кто такой? – поинтересовался вампир, укладываясь спать.
– Мишка, дружок мой закадычный, известный писатель, кстати, ну конечно не такой известный, как Эдик, но все равно...
– Это тот, который про вурдалаков пишет, забыл фамилию...
– Он самый, – я выключил свет и улегся рядом...
– Ты хочешь сказать, что я туда вместе с тобой пойду?
– А почему бы и нет?
– Сомневаюсь, что твои друзья очень обрадуются...
Я хотел поспорить, но заснул...

Проснулся я от негромкого голоса вампира:
– Вставай, бегом, все проспишь.
– Уйди, противный... – спать хотелось ужасно.
– Вставай, а то укушу.
– Не хочу, не буду... Ай! Ах ты, зараза зубастая, – укусил же все-таки.
Кира стащил с меня одеяло. Сразу стало холодно.
– Ты опоздаешь на свои занятия!
– Откуда знаешь? – я открыл глаза.
– В твоей электронной книжке прочитал.
Я выбрался из постели, часы показывали полвосьмого.
– Что ж ты меня раньше не разбудил, караул, опаздываю!
Пришлось собраться за рекордно короткое время.
– Кира, мы сегодня к Мишке идем, помнишь, тональный крем для улучшения цвета лица я тебе вечером принесу.
– Я сам куплю... И поем так уж и быть заранее, удачи... беги.

Я пришел как раз – все уже переоделись, но еще не выстроились. На шее красовался кирин засос. Мазь я, разумеется, оставил дома. Когда встал в строй, тренер посерьезнел...
– Э-э-э, юноша, пойдемте, отойдем. Извините нас.
Он отвел меня в подсобку.
– С вами всё в порядке?
– А что не так? – не сообразил я.
Мужчина указал на след вампирской любви у меня на шее. Протянул тюбик с мазью.
– Спасибо, у меня самого дома такой лежит, вот проспал сегодня...– поблагодарил я, втирая белую массу в поврежденную кожу.
– А вы себя нормально чувствуете? Все в порядке? Если кто заметит, не поймут люди...
Меня вдруг охватили смутные сомнения, раз у него мазь, значит, он тоже ...
– Я сам нормальный, – развеял он мои подозрения, широко улыбаясь. Действительно, вполне человеческие зубы. – Но вот начальство иногда забегает побаловаться...
– Ясно, спасибо.
Мы вернулись обратно в зал.

На работу я тоже умудрился опоздать, хотя это даже к лучшему. Там был разнос по полной программе. Прибыла обещанная ревизия! Сотрудники, словно безумные, носились с этажа на этаж. Кто-то в панике запихал неустановленное в срок оборудование в туалет... Начальник выскочил мне навстречу из своего кабинета.
– Игорь, где ты ходишь?! Они обошли первые три этажа. Быстро за работу! – жидкие седые волосы Федора Семеновича были в беспорядке.
– Какую, босс?
– Ты кто?! Экономист? Вот и иди, делай свое дело.
– Так оборудования нет, значит, и данных нет, а какой экономист может работать без данных и оборудования?
– Гришку позови, вытаскивайте эту балду из сортира, устанавливайте и вперед! – начальник побежал дальше отдавать ценные указания.
Нас «опись» застала в тот момент, когда коробка практически уже прошла в узкую дверь туалета.
– Что это за чудеса? – с ужасом в дребезжащем голосе спросила сотрудница высших карательных органов.
– Вот, оборудование устанавливаем, мисс... – отчитался я, хотя на мисс старушка в зеленом пальто совсем не тянула.
– А почему сантехнику вытаскиваете? – с недоверием посмотрела она на коробку с надписью «Офисный бортовой компьютер» – какой-то шутник подписал.
– Это, леди, не клозет, это для Игорька, – Гришка зачем-то уставился на меня, – «бортовой компьютер», он на нем будет просчитывать, как нашей фирме лучше политику вести, чтобы в убыток не влететь...
Модама всплеснула руками:
– Закрыться, тут для подсчетов вам даже унитаз не понадобится, – гордо заявила она и пошла дальше.
К вечеру меня перевели в четвертый отдел, Сидорову была начислена обещанная прибавка, грузчики наняты. А начальник заметно постарел.
– Игоря ко мне! – услышал я его судорожные хрипы, когда уже собирался слинять домой.
– Вызывали, босс?
– Садись, - он указал на свежераспакованное кресло.
Пришлось сесть.
– Ты, Игорюша, на меня зла не держи... Увольняю я тебя, вот как. Довольно мы с тобой намаялись, Луиза вся извелась, а от тебя ни слуху, ни духу. Да еще эта ревизия, чтоб ее. Ну нет у меня сил больше тебя терпеть!
– Это что получается, я работу свою исправно выполнял, выполнял ведь... значит, из-за дочки гоните?!
- Выполнял, Игорек... так что ж теперь, мало ли на свете дураков исполнительных! А Луизе тебя каждый раз видеть тошно. Иди с миром! – закончил он свою пламенную речь.
Я ощутил нешуточный приступ агрессии к ближнему начальству.
– Ну, Федор Семенович, богом себя возомнили? – я потер серебряное кольцо устаревшей модели на мизинце. Раньше все только такие и носили. Модная спутниковая связь прошлого года сообщила шипящим голосом: «Контакт есть».
После я расслышал: «Говорите, я вас слушаю». Тут же убрал громкую связь.
– Привет, Альберт, это Игорь, помнишь?..
– Не совсем...
– Мы еще вчера в кафе сидели, ну там где человека ... э-э-э сомученик Сидорова я.
– А, такой голубоглазый, вертлявый, с длинной черной шевелюрой. С Кирой который приходил?
– Угу, он самый.
– Что стряслось, сладкий?
– Меня тут с работы увольняют...
– Почему?
– За то, что дочку начальникову недотрах... то есть, обидел, а мне пока больше негде, понимаешь?
– Скажи своему Копченому, а ладно, дай ему!.. Я сам скажу!
Я снял кольцо, отдал боссу.
– Алле... Альберт Денисыч... Как, буду уволен, когда он с работы уйдет?! Да, да, я вас хорошо понял... – подобострастно заблеял начальник.
Дрожащей рукой протянул мне кольцо.
– Все теперь будет в норме, сахарный, – весело заверил Альберт.
– Спасибо, дорогой.
- Может как-нибудь увидимся, наедине?
– Давай, только втроем, а то меня Кира того, спасибо, милый, на этих выходных позвоню.
Я удовлетворенно вырубил связь.
– Можешь идти, – мертвым голосом сообщил начальник, – зарплату тебе повысим...

Напротив главного входа в комплекс стоял человек в очень знакомом черном плаще. Именно такие были на вампирах из клуба. Лицо закрывал капюшон... Мне стало страшно. Может быть это тот, которому я наступил на ногу?
– Что струсил?! – засмеялся Кира, снимая капюшон.
– Ага, я уж решил, что это моя смерть пришла. С косой!
Он поцеловал меня в щеку.
– Ну, я готов пугать твоего писателя. Не передумал?
– Нет, конечно. Ты замаскировался под негра, с твоим цветом лица нельзя такую темную пудру использовать! А бог с ней! – еще обидится, - поел?
– Поел, не боись, пошли подарок выбирать или твой друг сам предпочитает их раздаривать?
– Не, надо выбрать какую-нибудь хрень, юбилей все-таки, тридцать лет.
– Н-да... старик, – посочувствовал Кир.
Мы зашли в ближайший сувенирный магазин.

Среди огромного разнообразия всяких колбочек, игрушек и тому подобной мишуры Кира нашел свечи.
– А эти с надписями внутри, зажигаешь, и вот эти буковки светятся, смотри, тут чё хочешь написано... – запричитал продавец, как только заметил наш интерес к свечкам.
Действительно, в разнообразных по форме и цвету сосудах можно было найти миниатюрные замки с признаниями в любви, розы всех цветов радуги и тому подобный хлам.
– Нам вот эту, – вампир потрогал перстом, облаченным в элегантный бархат, маленькую свечку с черепом на дне и надписью «Дьявол ждет тебя, смертный!»
– Брр, дорогой, мы на День варенья, а не на ... – я запнулся.
– Вот и прекрасно, только представь: сидит твой друг часа в 3 утра, он же спать не любит? Сидит в проекционных очках, новую книгу набивает, вдруг мысль ушла, снял очки... глядит: дома никого, и надпись в темноте светится, сразу идеи в голову полезут и вроде ждет кто-то, помнит!
– Так уж и быть. Убедил. Ленточкой перевяжите, – согласился я.

К Мишке мы пришли в восемь. Нас встретила Дана, его девушка.
– Здравствуй, Даночка, мой друг Кира, знакомьтесь.
– Добрый вечер, – ответила она, растягивая потрескавшиеся губы в притворной улыбке, – проходите.
Мы зашли в просторную комнату, за столом, уставленным легкими закусками, сидели слабо знакомые мне люди.
– О, Игорек, – радостно сообщил всем Мишка, – с другом, мы вас тут ждали...
Я торжественно вручил свечу.
– Это что получается: жена бросит, писать разучусь, а Дьявол разлюбезный все будет ждать, не забудет! – попытался он отшутиться от нашего подарка.
- Мой друг, Кира...
- Садитесь, садитесь... кушать хотите? – осведомилась Дана на правах хозяйки.
Вечер выдался скучный. Пока высокообразованные гости обсуждали политику, я успел рассказать Кире про неудавшееся увольнение.
– Ты знаешь, – закончил я свой жалобный доклад, – меня бы не уволили. Так уже раз пять было. Он мне: «пошел вон!» Я в слезы. Клянусь, что с Луизой всё наладится. Она прощает, и никто меня до следующей ссоры не трогает. А в этот раз не стерпел, понимаешь?
Кира кивнул.
– Правильно сделал, – согласился он, прикрыв рот салфеткой.
– А вы чего, мальчики, шепчитесь? – удивился Миша. - Вам с нами скучно?!
– Нет, они просто милуются, голубки, – съязвила Дана.
– Не обращай внимания, это она от неудовлетворенности в интимной жизни, Миша девочек не любит. Просто никак.
Вместо ответа Кир смачно поцеловал меня в уста, так что слюнообмен затянулся на неприлично долгое время.
– Гомики, – прошипела Дана и выскочила из-за стола, послышался звук закрывающейся двери.
– Что это с ней?! – удивился пожилой гость с седыми усами.
– Да ничего, она припадочная. То, что не запрещено законом – разрешено, а то, что разрешено отдельной статьей, точно не запрещено, – успокоил всех Миха.
Дальше пошли разговоры о Мишкином творчестве.
– Михаил, при всем уважении к вам, вы же восхваляете Зло! Ваши герои – жестокие, истеричные вампиры, ожившие мертвецы... Ну, ничего в них человечного... – высказалась гостья с звучным именем Антонина.
– Не правда, зло само по себе восхитительно, и не надо выставлять моих героев психопатами, они достаточно хитры, расчетливы, а жестоки в меру.
– Жестокость не может быть умеренной, она либо есть, либо ее нет, - снова возмутилась кислая женщина.
Мишка как всегда сорвался, и вместо того чтобы прекратить дурацкий спор, начал восхвалять всю нечистую силу, которую смог припомнить.
– Чем же это она так восхищает вас, разве приятно, когда кто-то делает вам гадости, причиняет страдания. Что хорошего во Зле? – вступил в спор Кира, прикрывая рот салфеткой и покашливая для убедительности.
– Моя философия такова: не каждое зло достойно называться Злом. Только лишь действия высших созданий не подлежат рассмотрению или осуждению, ну они могли бы вытворять исключительно добрые дела. Но ведь это неинтересно читателю.
– Отлично, допустим, я высшее создание, ну упырь какой-нибудь, а вы низшее, к примеру, человек, коим и являетесь. Я захочу вас, ну не самый крайний вариант, не убить, скажем, унизить. И вы безропотно все стерпите только лишь потому, что я упырь?
– Если вы были бы упырем, у меня бы не было другого выхода, Кира.
– Другой выход всегда есть, в конце концов, можно покончить с собой и не терпеть. Но вы бы терпели только ради исполнения воли «высшего существа»? – мой вампир усиленно начал кашлять...
– Разумеется, ради высшего существа в моем понимании, то есть вы должны были бы походить на мой идеал.
– Мне нравится ваша рабская психология, Михаил, – Кир улыбнулся, не показывая зубов.
– Э-э-э... Спасибо!
Я заметил, что Миха погрустнел. Через некоторое время Кира опять приложил салфетку к губам:
– А где у вас туалет, Михаил, не проводите?
– Конечно, он есть, только далековато, квартира пятикомнатная...
– Я могу проводить, – страшно захотелось вмешаться...
– Я сам, не переживай, всё в порядке.

Они вышли, я минутку посидел, больше не вытерпел, мало ли чего Кире приспичит?
В темном коридоре я заметил какое-то шевеление.
– Что ж, молодой человек, ваши идеалы просто обязывают меня! – Услышал я рассуждения вампира. – Мне, конечно, наплевать, похож я на вашего «героя» или нет.
– Можно на «ты», очень напоминаете.
– Тогда поделишься кровью? А то бесплатные столовые в помощь голодающим вампирам уже не работают.
Меня охватил ужас. Сейчас Кира сожрет единственного известного мне честного человека! Но вмешиваться не рискнул.
– Я отсюда живым уйду? – голос Михи был до ужаса безразличным.
– Да.
– Погоди, тогда рубашку расстегну, чтоб не было видно, а то гости подумают, будто я совсем рехнулся.
По звукам я догадался об окончании кириной трапезы.
– Благодарю, сам ты – дурак дураком, но книги хорошие. Мне нравятся.
Кира оставил Миху, подошел ко мне, обнял, так мы и вернулись к гостям. Мишка бледный и взволнованный пришел чуть позже.
После мы вяло обсуждали работы Эдички, Миша же почти все время молчал. Только когда я сказал, что недавно видел Эдика, так, для поддержания разговора. Он спросил:
– Наверное, он чем-то похож на Киру?
– Тоже в туалет один боится ходить? – пошутил немолодой гость с седыми усами.
Все кроме нас троих залились смехом.
Когда прочие гости разошлись, и мы остались одни, Мишка зажег наш подарок:
– Жестокая шутка, кто такого ждать будет?
– У тебя резинки для волос нет? – спросил Кир.
– Были где-то, Дана из своих трех волосинок косицы плетет.
Вампир выбрал из предложенного Мишкой ассортимента самую толстую и завязал мне хвостик.
– Мешают, – кратко пояснил он.
– Да я не против новой прически.
Я сидел у Киры на коленях, вся шея уже была в аккуратных укусах, Миша потягивал вишневый сок из бокала.
– Вот такой я идиот получается: всю жизнь считал себя крутым фантастом, а оказался плохим реалистом... – горестно сказал Миха.
– Всё когда-то бывает впервые, ты извини, я, если голоден, манией величия заболеваю.
– Не стоит извинений, я и сам дурак, такую чушь нести. Я не обиделся, это просто шок. Всю жизнь ждал вурдалака, и не верил, что вурдалаки существуют... глупо, да?
– Почему, ты же не как принцесса у окошка, карьеру делал, книги писал. Можно сказать деятельно ждал, – попытался я утешить друга.
Настенные часы показывали 11.45.
– Кир, наверное, надо идти, хоть сегодня выспаться?
– Может, останетесь? – в синих глазах Мишки появились слезы.
– Мы ж не можем здесь навсегда поселиться, все хорошо, ты отличный парень, только не делай глупостей... – резонно заметил вампир.
Перед тем, как выйти из квартиры, я поцеловал Мишу в щеку, Кира сделал тоже самое.

Как только Михаил закрыл дверь, он лег на диван в гостиной и горько заплакал. Миша и раньше так плакал, только очень давно, когда еще не был писателем. Когда точно знал, что его безумные мечты неосуществимы.

– Кир, солнце, – с неба опять посыпался холодный снег. – Ладно, я трус, не вмешался, но почему ты так с Мишкой, а?
Я порадовался, что сейчас иду рядом с Кирой. Улица совсем пустая, освещения никакого.
– И правильно сделал, я тебя прекрасно видел. А что ты предлагаешь, я должен был слушать историю о том, как чувак без лишних размышлений готов отдаться мне хоть на столе, за которым мы сидели, хоть еще где?!
– Ну, он же не лично тебе... И вообще, раз уж воспринял этот бред как руководство к действию, мог бы и поласковей...
– Угу, и сейчас бы был повинен в смерти выдающегося писателя, – засмеялся он. – Ты его книги читал?
– Ну?
- Что «ну»?! – мы практически подошли к парку. – Мне для того, чтобы соответствовать заветной мечте, нужно было довести его до состояния полусмерти, трахнуть по-быстренькому, и со спокойной совестью вернуться к гостям. Тебя это устроило бы?
– Нет! Ты путаешь художественный вымысел и ... – из той самой беседки, где я увидел Киру впервые, послышались стоны.
– Пойдем спасем? Шучу! И честно признаюсь: я за моногамию. Пусть она устарела, считается пережитком, особенно для вампиров, но...
– Давай прибавим шагу, дурацкий парк. Я тоже за. Боюсь, как бы Мишка на себя руки не наложил. Он психопат чувствительный, даже парня себе не стал подыскивать, все идеал ждал. Прикинь, человек в тридцать лет вообще без секса живет.
– А может, ты чего-то не знаешь?
Крики стали громче.
– Кира, мне страшно...
– Не трусь, это обыкновенное изнасилование. Нормальная женщина, вон шуба на снегу валяется, я вообще в тонком платье стоял, дураку все понятно... – несчастная жутко взвизгнула и больше звуков не издавала. – Ну вот. Концерт по заявкам окончен, как хорошо! Мертвые сраму не имут, не пищат, а также многое другое, жаль только, есть их нельзя.
– Какой ты циник, Кир!
– Какой уж есть.

Мы пришли в начале первого. После этих криков внезапно захотелось тепла, ласки, чего-то доброго, давно утраченного.
– Кира, скажи, что любишь, – взмолился я.
– Не понял?.. – вампир аккуратно раскладывал по полочкам врезанного в стену шкафа мою скомканную разбросанную одежду.
– Чего тут непонятного? Просто скажи, я ж не прошу любить... – я закутался в плед, голиком холодно.
– Зачем, ты ведь все равно будешь знать, что я лгу? – вампир запихнул в шкаф свитер, закрыл замаскированную под ворсистые обои дверцу.
– Ну тебя! – обиделся я.
– Тебя любовь волка к ягненку на данный момент устроит?
– Вполне.
– Тогда люблю.
Кира оскалился, медленно подошел к дивану. Резким движением сдернул с меня плед. Мне вспомнилась строчка из какой-то басни: «Ты виноват лишь тем, что хочется мне кушать!» Примерно так рассуждал там злой волк.
– Н-да, вижу, ты все еще не в настроении.
– Утомился по гостям ходить, - честно признался я, – Давай завтра дома посидим, или, в крайнем случае, не будем встречать знакомых?
– Ладно, – он накрыл меня пледом, а сам пошел смывать грим.
Сейчас косметику хорошую делают, устойчивую. Нанес и без специального раствора только через неделю ототрешь. Красивый насыщенный цвет обеспечен, раньше же фуфло было: три дня и уже слазит.
Он снова приобрел естественный синюшный цвет лица, я же все сидел на диване под пледом.
– У тебя, что к ночи ступор наступает?
– Кир, а Кира, уложи меня спать, пожалуйста, утром можешь делать со мной все что пожелаешь...
– Еще один фанатик выискался! Ты случайно не детдомовский?
Вампир взял меня вместе с пледом, пересадил на стул. Постелил на диван, благо все спальные причиндалы рядом в потайном шкафчике спрятаны. В кровать Кира положил меня уже без пледа, тот так и остался на стуле.
– Спасибо, – поблагодарил я.
– Не за что, сын мой, – он хитро прищурил желтый глаз. Начал раздеваться. – С каких это пор тебя на такую ерунду тянет?
– Воспоминания детства накатывают, – я поудобнее устроился под одеялом.
– Счастливого?
– Ну, как сказать, я вообще от родителей специально подальше переезжал, другой город – не найдут. Они у мня не самые плохие были, просто всегда все знали о моем настоящем, прошлом и будущем, лучше меня ... Как думаешь, сколько мне лет? – Кира покачал головой, выключил свет. Лег рядом.
 – Двадцать два. А знаешь, какое будущее меня ждало в 20 лет? Нет? Ну не прикидывайся, мне ведь недолго... Ладно, что-то я на жалость стал давить. Так о чем я, ах, вспомнил... В двадцать у меня должен был сын родиться общий с соседкой нашей – родственницей маминой подруги, представляешь?! Не дочь, именно сын. Но у Леночки теперь никого ни от кого не родится, я, когда уезжал, подсыпал нашей «золотой девочке» – так мама ее звала, яд. Не помню... что за яд, помню только, он медленно действовал, Леночка долго мучилась... Меня от «барокамеры» благодаря ходатайствам дяди Копченого отмазали, заранее отмазали, я уже тогда с Изи встречался. Кир, я урод, правда?
– Все правильно сделал. Только почему ее, родителей бы и прибил? – Я почувствовал холодную руку вампира на своей нежной шее. – Пожалуйста, не воспринимай меня, как расплату за грехи, договорились? Знаешь, сколько я таких леночек за всю жизнь откушал, всех не запомнишь? Так они от меня рожать не собирались, соседками не были – за так бабы сдохли.
– ... думал я и папашу с мамой на том свете пристроить, но испугался... Понимаешь? Это как табу, запрет! Хочется растоптать весь мир, но ни черта не можешь. Временами мне кажется, я схожу с ума... Она пала жертвой этого безумия.
Кира начал меня душить. Постепенно хватка усиливалась.
– Кха... кхе, извращенец, пусти, задушить не задушишь ведь... кха... Кира, пусти, сейчас кончу!
– Ну и на здоровье, Игорек, – он с силой сдавил в последний раз и убрал руку.
– Мммм... мурр, спасибочки, милый, это же ненормальная реакция организма? У меня явно с психикой не все в порядке?
– Сделай теперь мне приятное, спи... а? Для общественных стандартов не нормальная, меня вполне устраивает. Вас тринадцать миллиардов, если бы не Луна, планета бы уже давно медным тазом накрылась, Леночкой больше, Леночкой меньше, подумаешь... тьфу ты, теперь я жаловаться начну.
Я чмокнул Киру в щеку и тут же уснул весь липкий от собственных выделений.

Сквозь сон послышался голос оператора: «Срочный вызов... вызов по срочной линии... два пропущенных вызова» – он гудел где-то неподалеку. Наконец Кир нажал кнопку соединения.
– Какого черта?!
– Простите, что разбудил... – благодаря громкой связи я отлично услышал наглый Мишкин голос.
– Не прощу, три часа утра, психопат!
– Вообще-то четыре, ну это к делу не относится, познакомите с Эдиком, Кира?
– Чем ты по ночам занимаешься? Хрен с тобой, познакомлю, он, правда долгих отношений с людьми не признает.
– Ничего, мне говорили, что лучшую свою книгу я уже написал...
– Я ему немножко позже позвоню, часов эдак на десять...
Удовлетворившись ответом, Мишка оборвал связь. Оператор грустно завыл: «Связь была прервана!»
– Твоего друга лечить не пробовали?
– Пробовали, не помогло, – спросонья промямлил я и отрубился.

Утром проснулся в одиннадцать часов, Киры рядом не оказалось, зато с кухни приятно пахло чем-то съестным. Я спокойно пошел умываться, но ванна оказалось занята... вампир блаженствовал в крови.
– Заходи, гостем будешь, – поприветствовал он меня, приоткрыв желтый глаз.
– Гм, я умыться хотел, это не срочно... – от неприятного зрелища я окончательно проснулся.
– Умывайся...
Действительно, я что, крови не видел?..

За завтраком Кира внимательно наблюдал за тем, как я поглощаю мясной салат.
– Почему ты так смотришь?
– Как?
– Ну, внимательно...
– Извини, я, когда думаю о чем-нибудь, странно себя веду.
– А о чем ты думаешь?
Я отставил пустую тарелку, приступил к чаю.
– О славе, триумфе, признании. О своем открытии.
– Шутишь? – я чуть не подавился золотисто-коричневой жидкостью.
– Что, не похож на ученого?.. – Кира засмеялся.
Мы не успели обсудить Кирину ученость, потому что мое кольцо завопило страшным механическим голосом: «Громкая связь автоматически включена... соединение».
– Я слушаю...
– Привет, я тут попрощаться звоню, – бодро отчеканил Гришка.
– Что, переезжаете?
– Ну, не совсем, я поканчиваю с собой...
– Не «поканчиваю», а кончаю... - автоматически поправил я.
– Выискался грамотей, человек убивать себя собрался! - вмешался Кир.
– Зачем, Гриша, с ума сошел?
(«А тут все такие» - подумал Кира, но промолчал:)
– Меня жена выгнала, если хочешь, в окно посмотри. – На крыше соседнего дома действительно сидел субъект в такой же, как у Григория, куртке. Его изрядно завалило снежком.
– Гриш, слазь оттуда, а... Ты ж мужик, подумаешь, стерва выгнала...
– Не просто выгнала, Игорь, на нее квартира отписана и зарплату сука забрала. Где я теперь жить буду! Без денег, без вещей – бомж! Эх, заболтался я с тобой, спасибо на добром слове, а то тут холодно.
– Погоди пять сек, там без тебя не начнут, – попросил вампир... - Оператор... Альберт, здравствуй. ( Вот это да, Кира разговаривал без всяких приспособлений, новинки черного рынка!) Это Кира, у нас тут суицидный... да, и я считаю, что нехорошо, когда продукты зря переводят... Гришка это, ты его должен помнить. Ага. Оператор...
Чудеса! Теперь мое кольцо заговорило альбертовым голосом:
– Гриша, это Альберт, ты меня помнишь?
– Как не помнить, Альберт Денисович! – так же бодро сообщил Сидоров.
– ... и такими глупостями заниматься решил?
– Понимаете, Альберт, мне тут теперь жить негде...
– Ничего не знаю, – покровительственным тоном перебил начальник, – сейчас мой экипаж прилетит и заберет тебя, понял?!
– Что вы, Альберт Денисыч... Зачем вам беспокоить экипажи всякие, я и сам могу, вы только скажите куда приходить.
– Эх, ну дальше сами разберутся, Оператор, отключите нас... – Связь прервалась, кольцо ненадолго зашипело. – Альберт, спасибо, звони, как управишься. Оператор...
– Н-да, дурдом на выезде... Нам наедине побыть не дадут, – я наконец допил чай.
– У тебя все друзья на головку болеют?
– Все, – уверенно ответил я.
– Ладно. Ты поел? Сам вижу, что поел. Теперь дай поесть другим!
Я изобразил испуг и с криком: «Помогите, кровь берут на анализы» побежал в комнату.
Кира догнал на полпути.
– Ну, что? Оператор... скорую... – отменить. Шучу...

Я очнулся от жуткого холода. Разумеется, на мне ничего не было, а окно нараспашку. Хотел встать, чтобы закрыть его, но ... я оказался примотанным за руки и за ноги каким-то хитрым устройством к собственному дивану. Стало жутко, все тело в следах кириной трапезы...

– Помогите, – со слезами на глазах крикнул я.
Из коридора вышел Кир, злобно посмотрел на меня:
– Чего орешь?
– Кир, зачем ты меня примотал?
– Убивать буду, – невозмутимо объяснил он.
Я чуть не расплакался. Вот так... Что ж, умирать придется гадковато, ну хоть несколько дней жил по-человечески.
– Кир, а Кир, без привязывания нельзя было никак обойтись? Хоть форточку закрой...
Вампир подчинился. Сел на краешек дивана.
– Готов?
– Всегда готов... – с грустью сообщил я.
Прошло минут пять, он все сидел.
– Кира, решайся быстрее, пожалуйста, а то тут холодно, и я сейчас реветь буду.
Он начал отматывать меня. Я заглянул в желтые злые глаза, да и не злые они вовсе, скорее печальные.
Вампир освободил меня, снова сел рядом.
– Что, не можешь? – тихо спросил я.
– Не могу, впервые в жизни не могу.
Я надел халат, пошел в ванную. Она до сих пор была полна крови. Я плюхнулся в красную немного загустевшую (Кира пользуется плохим препаратом против свертывания крови, надо будет сказать) жидкость, не снимая халата. Слезы текли по щекам. А в сущности, зачем мне жизнь? Чтобы каждый день ходить на работу или чтобы завести сына в двадцать лет? А может быть, у меня было высшее предназначение, я просто не понял этого? Какая чушь! Лично мне, одному из тринадцати миллиардов боженька придумал миссию, полная чушь... Ведь так все хорошо шло, надо же...
Вампир заглянул в ванную:
– Прости, Игорь...
– Все нормально, бывает, я тоже иногда чего-нибудь не могу, кажется что проще, но вот не могу и все тут.
Он как-то странно посмотрел на меня:
– Ты потрясающий человек, все эти дни жил в ожидании собственной смерти, а теперь прощаешь за то, что я не смог убить! Вылазь, не хватало тебе еще воспаление легких получить из-за моего «проветривания».
– Почему именно так и зачем привязывать было?
– По привычке, всегда так делал...
– Не хочу.
– Чего?
– Не хочу вылезать из этого дерьма, не хочу жить, не хочу и не собираюсь больше ждать собственную смерть, не хочу смотреть, как ты размышляешь, сколько мне еще топтать эту землю!.. Больше не хочу!!!
Кира вытащил меня, кое-как отмыл от крови. Я снова лежал закутанный в плед. Он пришел с чашкой горячего чая.
– На, пей.
– Иди к дьяволу!
– Пей, и я пойду.
– И ты всегда убивал одинаковым способом всех своих более или менее знакомых людей.
– Угу, – Кира лег рядом.
– Брр, мне б уже надоело. Знаешь, если ты уйдешь, я сделаю примерно то, что хотел сделать с собой сегодня Гришка, если останешься, прибью тебя.
– Меня нельзя, я – светило науки, – невинно улыбнулся он. – Прости за сегодня, не знаю, чего я себе хотел доказать?! Вампиры тоже стареют, умирают...

Я снова проснулся, когда часы показывали 13.10. Не может быть... Я точно помню, что лежал под пледом именно здесь и болтал с Кирой где-то в три часа.
– Кира солнце, ты где?
– На кухне...
Я потянулся за халатом, мать вашу, сухой чистый халат! Но я же плавал в нем в ванной с кровью.
Когда пришел на кухню, Кир разглядывал мою электронную записную книжку. За окошком падал мелкими хлопьями снег.
– Кира, только честно, пожалуйста, чем мы занимались до того, как я уснул.
– Любовью... – он отложил в сторону книжку. – Опять ничего не помнишь?
– Хуже! Ты меня убивал?! – мне стало не по себе.
– Правда, скорую надо бы вызвать, если бы я тебя убил, ты был бы мертв, логично?
– Кира, последний дурацкий вопрос, ты ведь часто людей умертвляешь, верно? Как ты обычно это делаешь?
– Что за ерунда?.. – Кир сел на подоконник, – Я что – садист? Вампиру физически тяжеловато выпить столько крови, они сами умирали потом, в чем дело, Игорь?
– Ладно, самый-самый последний вопрос, какие у тебя планы касательно меня, только без обмана, пожалуйста?
– Жениться! Не знаю, если согласишься подождать меня, пока я научное открытие коллегам предъявлять буду, то далеко идущие. Командировка больше двух недель не продлится.
– Кира, я психопат!.. Еще хуже Мишки, – я пересказал ему свой сон.
– Да... Я от крови всегда сразу избавляюсь, это раз. Маниями не страдаю, это два. – Он ласково погладил меня по волосам. – У тебя, по-моему, навязчивая идея.
– Ага, сперматоксикоз! – неудачно пошутил я.
– Вполне может быть.

Вечером Кира позвонил Эдику:
– Привет, дорогой.
– Здравствуй...
– У меня тут новый приятель появился, писатель... Михаил... опять фамилию забыл, ну который про всякую нечисть пишет.
– Помню, что-то слышал об этом.
– Так вот, он с тобой познакомиться хочет.
– Вампир?
– Человек...
– Ну хорошо, нет проблем, завтра могу.
– Только его не надо есть, талант все-таки...
– Я что – изверг, писателей жрать?!
– Ты не понимаешь, он псих, сам тебя будет уговаривать...
– Ясно, договорились, Игорю привет.
– Спасибо, Эдик, – вяло откликнулся я.
Оператор дурным голосом сообщил: «связь прервана».

В воскресенье мы всемером сидели в невзрачном кафе. Я потягивал через трубочку апельсиновый сок, вампиры пили концентрат. Мишка курил, его Даночка ерзала на стуле, потупившись в стол, а Гриша наворачивал куриную котлетку.
– Так значит, вы пишите только о темных силах, – удивился Эдик, – и другие темы вас просто не интересуют?
– Нет, ну может быть поверхностно, Зло – это такая привлекательная штука...
– Зла, молодой человек, полно везде, далеко ходить не надо... – улыбнулся Альберт.
– Я считаю, что качество зла зависит от того, кто его творит.
«Ну, сейчас как всегда начнется!» - подумал я.
– Простите за банальность, я могу наступить вам на ногу, во-о-он тот тип тоже может, – Эдичка указал на отморозка за соседним столиком. – Больно вам будет примерно одинаково, конечно, воспринимать вы это можете по-разному.
– Совершенно верно, так как ... – дальше Миша понес свою обычную чушь.
Дана минут через десять не вынесла этого бреда и ушла. Гришка заказал еще одну котлету. Только Альберт с удовольствием слушал Мишкину ахинею.
– Ладненько, господа, мы пойдем, я скоро отчаливаю. Эдик, присматривай за Игорем.
– Как договорились, родной! – оскалился вампир.
– Вам, Михаил, веселой ночи и дожить до утра.
– Спасибо, я же просил на «ты», Кира.
– Тебе, Гриша, счастья в личной жизни, как приеду, расскажешь, где его искать. Пока, Альберт. – Кир расцеловал всех на прощание.
– Всем пока, – откланялся я.

Мы вышли из заведения, портье захлопнул за нами неприметную дверь.
– Я тебя домой провожу и пойду.
– Хорошо.
Кира довел меня до квартирной двери:
– Открывай при мне на всякий случай.
Я открыл, включил свет. Вроде бы все обычно.
– Счастливо, я буду ждать.
– Через две недели вернусь.
Мы поцеловались на прощание.
– Если вдруг что: звони, – я закрыл за ним.
Всего лишь две недели, совсем немного... Постараюсь как-нибудь пережить.
Продолжение следует.
2003 © Natkonr


Рецензии
Фраза "Я что, изверг - писателей жрать"? просто доканала. Забавный вампир.

Анна Новожилова   20.10.2009 14:05     Заявить о нарушении
На это произведение написано 5 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.