Его обнаружили на краю тропинки девчонки и оторопели: они, конечно, и раньше встречали слизняков, но этот против тех был как Гулливер против лилипутов - вытянувшись, он был длинной с папину ладонь, и был красив - блестящий, шоколадно-черный, пластичный, с длинными рожками-глазами. Такому и имя требовалось большое, красивое и солидное, поэтому после короткого и дружного совещания девчонки нарекли слизняка Александром. А дальше, несмотря на наши протесты, он был помещен в маленькую корзиночку и принесен домой. Был вечер, все устали и о жилье для Александра решили позаботиться утром, а сейчас его корзиночку просто обвязали платком, чтобы не убежал.
Утром корзинка была пуста, а по столу тянулся оставленный Александром перламутровый след и обрывался на краю стола. Нашли его лишь через сутки. Что с ним стало! Александр уменьшился почти вдвое, потускнел, и был весь липкий, будто обмазанный клеем. Жалкое зрелище, это был уже не Александр...
Положили его в ванной на решетку и стали поливать прохладным душем: как он весь ринулся навстречу воде, вытянул шею, расправил тело и всей кожей стал впитывать влагу, темнея и разбухая у нас на глазах, становясь почти прежним солидным Александром. После душа девочки решили отнести его обратно в мокрую холодную осень, где ему было хорошо. Гораздо лучше, чем в нашей сухой и теплой квартире.
