Предисловие к Царским тронам

 
                 П Р Е Д И С Л О В И Е
    
     Этим предисловием я открываю цикл научно-популярных эссе, посвященных царским и епископским тронам. Издавна  собираю сведения о дворцовой и храмовой мебели, о мастерах,   создававших её лучшие  образцы – о столярах и резчиках по дереву, кости, янтарю, камню и по чему бы то ни было. Скопился арсенал персоналий умельцев разного рода, но более обширный фонд в этой коллекции  образовали изображения светских и церковных престолов – в рисунках, фотографиях, книжных иллюстрациях, в ксерокопиях и чертежах.
      Расскажу об этой своей коллекции. Пускай те, кому будет угодно, сочтут эту работу записками коллекционера,  другие – повествованием об ослепительных креслах, символизирующих верхолвную власть. Я поделюсь с читателем   находками, которые посчастливилось собрать в дебрях государственных и частных архивов, в тиши публичных библиотек, в научных отчетах археологических экспедиций, в монографиях и статьях исследователей-искусствоведов, а подчас на старых почтовых марках и на художественных открытках. Героем эссе будет трон.      
      В моей рабочей картотеке тронный мастера попадаются на глаза редко. Сравнительно небольшая группа имен из легиона собранных персоналий, но именно эти придворные мастера, строившие драгоценные троны,  были в любой стране  лучшими художниками, резчиками, столярами,  и ювелирами. Они первыми попадали под жернова жесткого профессионального отбора. Сам монарх принимал у них выполненную   работу и, судя по преданиям, миловал умельцев,   казнил самозванцев.
      В летописях и в священных писаниях троны царей почти не описаны.    Упоминания о них отрывочны и, как правило, в   общих словах: «высокий золотой престол», «трон слоновой кости с круглым верхом», «царское место, предваренное ступенями с  фигурами львов». По такому свидетелству нельзя представить себе художественных достоинств, конструкции,   размера царского    трона и степени профессиональной зрелости создавших его мастеров. Возникает впечатление, будто бы летописцы, а, в особенности, поздние историки    не всегда  описывали то, что видели собственными глазами. Престолы  ушедших царей  были для них  уже недоступны. Поэтому приходилось довольствоваться тем, что писали  очевидцы,  верить тому, о чем еще рассказывали в нарорде. 
       Трон наряду с короной, скипетром и одеяниями царя был важным атрибутом монаршей власти, играл серьезную роль в ее возвышении, ибо символизировал незыблемость монархии.  Однако, символика действенна, если   завладевает сознанием масс (так полагали материалисты и революционеры). Недаром в старину устраивались дворцовые приемы, царские выезды в столице и поездки монарха по стране.  Всюду  за царем следовал его трон. Важным пропагандистским приемом демонстрации царской власти и монаршей справедливости было  разрешение царём  гражданских споров и тяжб. Публично исполняя судебные функции, царь в позолоте  и  пурпуре  восседал под короной    на   троне,  держа  скипетр, символизировавший правомочность и справедливость его суда. В ветхозаветной Книге Царств упоминаются судебные разбирательства древних монархов, когда трон в торговые дни ставили   на возвышеном месте возле городских ворот, и царь публично решал гражданские тяжбы.
      С изобретением фотографии и развитием издательского дела  стали доступней   дворцовые интерьеры, меблировка тронных залов, портреты любимых или ненавистных монархов.
      Может быть, именно потому, что царский трон был хорошо знаком современникам, рассказчики считали излишним описывать эту мебель, уделяя больше внимания событиям, а не обстановке. В итоге пунктирные сведния о большинстве старинных тронов дошли до потомков  лишь в самых размытых чертах.
      Хотя в этих заметках я намерен  рассказать о тронах многих эпох и не одной страны, всё же труд мой не претендует, да и не потянет на монографическое исследование. Это лишь собранные воедино и систематизированные по главам  заметки любителя (отчасти коллекционера) о редкостных изделиях декоративного и мебельного искусства  царских престолах, церемониальных дворцовых креслах и об епископских  кафедральных тронах.
    Сам я никогда в них не сиживал, даже не держал в руках их обломков, хотя в свое время мне приходилось ремонтировать музейную мебель, а для себя восстанавливать из обломков, купленных  у профессионального  коллекционера, высякое –  в том числе воронихинскую классическую козетку, бидермейерово кресло и стулья в стиле рококо. Возвращенные мной из небытия раритеты давно прижились в частных коллекциях,   кое-что было продано с аукциона перед отъездом в другую страну. Отдельные вещи хранятся в музеях, с которыми я  сотрудничал.
      Надеюсь, что моя «тронная эпопея»  не утомит  и не  окажется скучной, хотя  в данном случае не обладает множеством иллюстраций, которыми снабжен изначальный вариант  рукописи. Вместо видеоряда места, где следует быть иллюстрации, помечены значком [┬].
     Иллюстрированная  книга (если бы она в конце концов  вышла в свет с помощью заинтересованного лица), несомненно, оказалась бы полезной для тех, кто неравнодушен к истории художественной мебели, к  декоративно-прикладному искусству, хочет  знать, как выглядели редкости и шедевры тронного дела. Дизайнеры художественной мебели, студенты гуманитарных факультетов, учащиеся профессионально-технических заведений, слушатели курсов и икусствоведческих семинаров, как и их преподаватели,  смогли бы тоже найти в ней немало интересного для себя. 


Рецензии