Я увидел их на автобусной остановке. Огромная мохнатая собака, положив голову на колени своей хозяйке и закрыв глаза от блаженства, вся отдавалась ласкавшей ее руке. Рука была пухлая, даже очень, с глубокими ямочками на локтях, с нежной и белой кожей, посыпанной родинками и веснушками. Я как завороженный смотрел на руку, ласково перебирающую рыжую шерсть, потом поднял взгляд выше и наконец увидел ее лицо, вернее ее огромные голубые глаза, с опаской и холодом наблюдавшие за моими приближением. На остановке никого больше не было, но они с собакой заняли все пространство. Эта парочка были друг другу подстать. Огромная рыжевато-белая афганская овчарка и рыжая, кудрявая женщина, у которой все было большим и круглым – круглые голубые глаза, круглые огромные груди, нависающие над круглым животом, огромные круглые руки. Я остановился в двух шагах от них с некоторым недоумением и в растерянности. Мне хотелось бесконечно долго смотреть, как она гладит и ерошит шерсть собаке. Вдруг я поймал себя на дикой, чудовищной мысли – мне захотелось вот так же, в блаженстве, положить голову на колени этой чудесной женщине, уткнуться в ее мягкие колени и замереть, ощущая на своем лице нежные, но сильные ладони.
Я улыбнулся в ответ на ее настороженный взгляд и с опаской кивнул в сторону собаки – «Она не будет против, если я вместе с вами пережду дождь под этой спасительной крышей?» - Собака тихо зарычала, но головы не подняла..
- «Нет, ну что Вы, она не будет против.» - Ее голос был мягким и бархатистым. Дождь заладил не на шутку, порывы ветра забрасывали его и под крышу остановки. Я стоял молча, и не отрываясь, смотрел на нее. Мне всегда нравились большие женщины, но в реальной жизни они так и остались для меня непознанной загадкой. Жизнь свела меня с Наташкой, ее веселый спокойный характер, ненавязчивая заботливость и уютное мягкое тело притушили мои пылкие юношеские мечты. Но эта рыжая была из моих ранних и тайных снов – та, которая приходила под утро и дразнила меня плавной походкой, крутыми бедрами, горячим дыханием, колыхавшим ее необъятные груди. Я узнавал эти руки, ясно представлял загадочное множество глубоких и тайных складочек на ее теле, созвездия родинок на необъятной спине, глубокие ямки круглых коленок.
Женщина отвела взгляд, поправила волосы, и вновь с улыбкой стала гладить собаку. Я понятия не имел, как мне завести разговор. С моей рыжей красавицей из снов мы никогда не говорили словами, а только взглядом. Мне до безумия захотелось до нее дотронуться, и я протянул руку. Собака встрепенулась, уставилась на меня злобным взглядом и зарычала. Рука повисла в воздухе. Женщина улыбнулась, что-то тихо сказала собаке на ухо, и та опять положила морду ей на колени.
Дождь все усиливался и я чувствовал, что спина становится мокрой. Надо было спасаться от дождя, и я присел на свободный краешек скамейки. Рыжая сделала движение потесниться, но я, сам не понимая, как у меня это получилось, остановил ее, крепко ухватив за локоть. Она не возмутилась, а как бы даже сильней прижалась ко мне жарким боком. Я замер, с наслаждением ощущая теплоту и мягкость ее тела, рука медленно заскользила выше и замерла у нее под мышкой.
Так мы сидели, пока не прекратился дождь. Потом она встала, улыбаясь, посмотрела мне в глаза.
- «Пойдем?» то ли мне, то ли собаке сказала она. Все мое тело рванулось за ней, но сознание вернулось и я, виновато улыбаясь, отцепил наконец свою руку от ее теплого тела и и прошептал – Такое возможно только во сне…